Ю.А. Познышев
… Первым поселенцем деревни Ходынка был некий Афоня по фамилии Козлов с сыновьями, родом из Тросны. Рядом с ними поселился и Яшка Хохлов, позже – Ефим Новиков, который когда-то служил кучером у местного пана. Пан его очень любил за смекалку, трудолюбие, порядочность и не хотел отпускать. Но семья у Новиковых была большая – шесть только братьев! Земли на всех не хватало, и пан, скрепя сердце, все же отпустил Ефима. За ним на новое место переехал Никита Наумов с сыновьями. Афанасий Козлов, работавший на так называемом Ходынском поле, и предложил назвать деревню Ходынкой, да никто и не возражал.
Хаты, надворные постройки, сараи, гумна ставили быстро, потому что работали «толокой» (сообща). Завели коров, лошадей, сеяли зерновые культуры, коноплю, лен, горох, сажали брюкву, репу и всякие другие овощи. К труду сызмала приучали и детей.
Мальчишки 8–10 лет уже заправски бороновали, пасли лошадей, а девочки умело дергали лен, вязали снопы, били лен праником, учились прясть, ткать. Изо льна ткали холсты, шили одежду и все необходимое для жизни, причем, как взрослые, так и дети заправски вязали и вышивали. Землю здесь делили как встарь – по количеству мужчин в семье, и она была закреплена за крестьянами пожизненно, однако ежегодно увеличивался надел той семьи, в которой рождались мальчики. И уменьшался, где умирали старики. Все работали усердно от зари до зари, поэтому и урожай получали хороший.
В 1930-е годы началась сплошная коллективизация. Землю теперь надо было обрабатывать сообща, объединять личных лошадей и коров, для чего стали строить конюшню и коровник на 60–70 голов каждый. Долго сопротивлялись этому новшеству крестьяне, но пришлось смириться (не в Сибирь же ехать!). Ходынку и Пашино объединили в один колхоз – «Коммунар». На общем собрании выбрали председателя, двух бригадиров, счетовода, кладовщика и для контроля – ревизионную комиссию из трех человек.
Бригадир раздавал наряды и принимал выполненную работу, за которую соответственно начислялись трудодни. Доярки сбивали масло в деревянных маслобойках, а потом делили его поровну. Была в хозяйстве еще и большая пасека в сотню колод, так мед тоже делили на всех. Вскоре появились в колхозе и сельскохозяйственные машины: молотилка с конным приводом, косилка, жатка, «мялка» (лен мять), пожарная машина, сепаратор... А в 1939 году построили клуб. Понравилось людям работать сообща, зажили богато.
Колхоз «Коммунар» за успешную работу даже был премирован автомашиной, но с началом войны ее передали в военкомат... Колхозники лошадей разобрали по дворам, а стадо коров стали было эвакуировать, но по пути отдали под расписку какой-то воинской части. Часть урожая успели разделить меж собой, а что не успели – немцы позже выгребли из амбаров. Землю же колхозную теперь опять разделили по душам.
А 2 августа 1942 года за поддержку партизан карательный отряд фашистов сжег обе деревни – и Ходынку, и Пашино. Оставшихся коров немцы угнали с собой…
Приближалась осень, и людям, спасшимся в лесу, надо было подумать хоть о каком-то жилье. Стали сообща копать землянки, помогая друг другу. После освобождения обживались с трудом, землю вскапывали лопатами, плуг и борону таскать приходилось бабам тоже на себе... С окончанием войны не все мужики вернулись с фронта, а из пришедших некоторые были инвалидами. Все вокруг – разорено, порушено... Как жить, с чего начинать? Фашисты даже кур не оставили…